Очень долго мучился. Делал три захода, обедал, возвращался и продолжал попытки. И все-таки я его поймал - таким способом, наверное, пользовались в древности.
“НВ”: Нужно ли соблюдать некий “Кодекс рыболова”? Из каких пунктов он состоит?
С.Р.: Безусловно, необходимо помнить первое правило - оставлять после себя минимум мусора. Можно его закапывать, сжигать, но в воду бросать нельзя. Вторым пунктом мальки. Если ты поймал маленького щуренка, и не отпустил его, это как-то некрасиво по отношению к нему. Толку с него никакого, интереса тоже, пусть лучше он поплавает еще, подрастет. Так поступают многие. И не только потому, что рыбак после такого поступка чувствует себя классным, добрым парнем, но дело и в другом. Бывалый рыбак на мелочь не разменивается, он перенасыщен - все это было, и много раз. Выпускает маленького, ожидая более крупной добычи.
“НВ”: Каким увлеченным человеком нужно быть, чтоб попытаться поймать на удочку горностая…
С.Р.: Знаешь, после получасового лова подобным образом я почувствовал себя очень глупо. А получилось все просто. На Крайнем Севере, на речке Индигирке, рыба не ловилась порядка десяти часов, и стало понятно, что со своим ленским уставом соваться сюда нечего - у каждой реки свои нравы. Тут я заметил, как что-то пушистое бегает по камням - объяснили, что это горностай. Захотелось посмотреть, как он выглядит. Ведь я не преследовал цели разжиться мехом: разглядев его, думаю, я бы отпустил зверька. Взял удочку с червячком и начал “ловить”: интерес к червячку он проявил, он нюхал его, трогал лапкой. Короче, не клевало. Я расстроился и понял, что районы Крайнего Севера тяжеловаты на удочку не только в плане рыбной ловли, но и в плане пушистых зверьков.
“НВ”: А где не тяжеловаты?
С.Р.: Я рыбачил на Украине, на Азовском море, на ручьях разных. Но больше всего - на Лене, ее просто обожаю. Нигде больше нет такой теплоты, дружелюбия, отдачи от реки, как от Лены. Если чувствуешь доверие к реке, то она возвращает тебе сторицей. В детстве я приходил на рыбную ловлю и здоровался с рекой, разговаривал с ней. Отношусь к Лене, в какой-то степени, с языческим поклонением. Появляется уверенность, что река помогает тебе. Были случаи, когда я, вырвавшись на два дня, приходил порыбачить, а ребята мне говорили, что ничего не ловится, но мне везло. Правда, много не получалось: она (река) один раз здоровенную щуку тебе выдаст, и все. Несколько раз, убедившись в непреложности этого правила, я понял, что в таких случаях надо сворачиваться и уходить: больше мне ничего уже не светит. Добротой она уже отплатила.
“НВ”: Чем определяется статус рыбака: размерами пойманной им рыбы, знанием рыбных мест?
С.Р.: Вспоминаются такие эпизоды. Мы мальчишками были, сидели на берегу и ловили рыбу. Приходил пожилой мужчина с фуфайкой, раскладывал ее на берегу, бросал закидушку в такую даль, что нам в жизни туда не забросить - и садился. Долго сидел, и вдруг вытаскивал рыбину огромных размеров: хвост ее торчал из фуфайковой упаковки. Каким асом нужно быть, чтоб настолько верить в себя, что это наглость уже. А мы сидели там и ничего не могли выловить. Людей называют профессиональными рыбаками потому, что у них всегда есть улов. Каждый специализируется по своей рыбе и знает об особенностях ее обитания все. Я, например, любитель щуки, хищной рыбы. Может быть, чтоб компенсировать свою прирожденную доброту, и мне не хватает чего-то хищного?! Но нравится и другая рыба, удавалось даже бычков в Лене ловить - раньше я думал, что это морской вид рыбы. Впрочем, река великая, ожидать от нее можно чего угодно. Рассказывают, камбалу кто-то вылавливал.
Кристина Гайд ДИАЛОГИ О РЫБАЛКО. // Наше время (Якутск).
Хочешь в знаниях прогресс - подпишись на RSS! Полный текст: ДИАЛОГИ О РЫБАЛКО (часть 3 ).
